В чуме ждут ответа

В чуме ждут ответа

 

Foto_artikkel_1999_novikova_2

Наталья Новикова

Невависимая газетам 17.09.1999

 

Коренные народы подают на нефтяников в суд

В 2000 ГОДУ исполнится 40 лет с начала добычи нефти в Ханты-Мансийском автономном округе. Произошло это в Кондинском районе. И хотя сейчас основные работы по добыче ведутся в восточных районах округа, именно здесь мы можем увидеть результаты политики тех лет.

Группа кондинских (восточных) манси небольшая, и так сложилось, что они раньше других были в значительной степени ассимилированы. Но еще двадцать лет назад здесь была живая культура, правда, уже и тогда не массовая. Сейчас практически нет людей, которые говорят на восточном диалекте мансийского языка. Государство в те годы думало только о том, как поскорее добыть нефть и получить деньги – спасительные нефтедоллары.

В 1990 году манси остановили на границах своих рыболовных угодий рабочих химлесхозов, поставив огромный слопец и блокировав мост. Местные манси – лесные люди – считали, что химлесхоз работает варварскими методами и леса от этого могут погибнуть. Власти решили избежать конфликта. Возможно, из-за отсутствия дорог они были не очень заинтересованы в промышленном освоении района. Уже шестой год семьи манси живут общиной, успешно развивая традиционное хозяйство. Правда, вблизи их родовых угодий нашли нефть. На Конде знают, что это такое, поэтому надеются, что инвесторы не найдутся.

Следующий шаг был сделан в 1995 году. Поэт Юрий Вэлла поставил чум напротив здания окружной администрации, когда на аукцион были выставлены месторождения, находящиеся на землях ханты и лесных ненцев. До этого он выступал по телевидению, отправил телеграмму главе администрации. Когда представители органов власти отказались от диалога, ханты и ненцы решились на пикет.

Этой акцией удалось лишь на некоторое время приостановить продажу месторождений. Цель борьбы – не вернуть земли и прекратить нефтедобычу, а остановить ее на тех границах, которые сегодня существуют между промышленно освоенными территориями и землями традиционного природопользования.

По морально-этическим нормам хантов, манси и ненцев, человек не должен наносить земле никакого вреда: не нарушать ее поверхность, и даже не оставлять следов. Но это вступает в настолько явное противоречие с нашим законодательством.

В отношении коренных народов к земле проявляется одна из основополагающих черт их мировоззрения – большая ответственность по отношению к родовым угодьям. Люди рассматривают свое право на родовые угодья как обязанность по отношению к этой земле.

Конечно, сегодня эта идеология подверглась деформации, и ряд представителей коренных народов воспринял потребительское отношение к земле. Но непонимание именно данных норм объясняет причину неудачи государственной законодательной политики в отношении этих народов, а также принципиальное отличие их модели природопользования от принципов техногенного населения.

Отношения между коренными жителями и государством складывались следующим образом. В 1992 году Дума Ханты-Мансийского автономного округа приняла Положение о статусе родовых угодий. Под родовыми угодьями здесь понимается “естественно-природный комплекс территорий (леса, реки, их берега, озера, болота, луга, пастбища), на которых исторически сложился образ жизни и формы традиционного хозяйствования коренных жителей Ханты-Мансийского автономного округа. Угодья могут быть индивидуальными, семейными, общинными.

Особого внимания заслуживают три идеи этого документа. Во-первых, право на владение угодьями дается представителям коренных народов, занимающихся традиционными видами хозяйствования. Во-вторых, родовые угодья предоставляются в бесплатное пожизненное наследуемое владение. Продажа не допускается. Сдача в аренду осуществляется решением администрации, предоставившей угодья, с учетом мнения органа управления общины. И, наконец, в-третьих, право владения родовым угодьем является целевым – для ведения традиционного хозяйства, и исключительным – принадлежит только владельцам.

В Положении закреплен очень важный принцип – родовые угодья предоставляются для ведения традиционного хозяйства.

В 1995 году администрация Ханты-Мансийского автономного округа, вместо того чтобы изучать опыт жизни на родовых угодьях, приостановила действие этого Положения и прекратила выдачу документов на родовые угодья, а в 1996 году Ханты-Мансийская Дума приняла Закон “О недропользовании”, по которому предусматривается принудительное изъятие родовых угодий для недропользования без согласия владельца родового угодья.

Коренные жители выступают за то, чтобы были выданы государственные акты на земли, где они живут, занимаясь хозяйством и оленеводством. Представители администрации ссылаются на отсутствие правовой базы для решения этой проблемы.

В результате на земли, которые уже определены под промышленное освоение, сегодня претендуют коренные народы. В Сургутском районе местные жители могут быть выселены со своих земель, если это понадобится нефтяникам. В постановлении главы администрации округа, а вслед за ним и Сургутского района, родовые угодья названы землями “побочного пользования (оленеводства, охотничьего и рыболовного промыслов, сбора дикоросов)”, и их границы должны быть согласованы с предприятиями-победителями аукционов. Как видно, администрация отдает приоритетные права на распоряжение землей нефтяникам, а не коренным жителям.

Процесс может перейти в необратимый, если будет, например, выполнено постановление губернатора Ханты-Мансийского округа “Об основных мероприятиях по совершенствованию взаимоотношений коренных малочисленных народов Севера и недропользователей в Ханты-Мансийском автономном округе”, принятое после Международной конференции “Коренные народы. Нефть. Закон”, где первым названа разработка Положения об отторжении земель в зонах приоритетного природопользования. Другими словами государство готово отдать эти земли нефтяникам навсегда.

Борьба представителей коренных народов привела к принятию специальных документов, регламентирующих “особый режим недропользования” на отдельных месторождениях. Например, работы на Южно-Выинтойском месторождении, которое располагается на землях лесного ненца Юрия Вэллы, ведутся не первый день. В 1995 году оленевод Вэлла добился решения специальной комиссии о том, что “земельные отводы под строительство промобъектов в северо-восточной части лицензионного участка за рекой Ватьеган будут оформляться после достижения АООТ “ЛУКОЙЛ-Когалымнефтегаз” и владельцем родового угодья совместного соглашения об условиях землепользования после 2005 года”. Тогда же было принято решение о подготовке документа об особом режиме недропользования.

Больше того, цены на нефть падают, и это вызывает у

“ЛУКОЙЛа” желание расширить свои владения. Они начинают строить дорогу на новое месторождение, а когда представители коренных народов начинают сопротивляться, расторгают с ними экономические соглашения.

Кстати, заключение таких соглашений является обязательным условием “особого режима недропользования”. И тогда президент Союза оленеводов-частников Юрий Вэлла пишет открытое письмо президенту “ЛУКОЙЛа” и председателю правительства. Юрий Вэлла заявил, что, если ситуация с защитой их оленьих пастбищ не улучшится, он подаст в суд. Документы, подготовленные им к этому процессу, включают несколько актов о самовольном захвате земель нефтяниками и заявление на имя губернатора округа Александра Васильевича Филипенко с просьбой запретить нефтяникам охотиться и рыбачить на землях, полученных ими только для нефтедобычи. То, что мы своими подписями разрешили, или, точнее, были вынуждены разрешить, работать нефтяникам, не значит, что мы отказываемся от своей земли, от родины наших предков. После окончания всех работ по нефтедобыче земля должна быть рекультивирована и возвращена нашим потомкам”, – пишут оленеводы в заявлении.

Сложилась парадоксальная ситуация. Власти Ханты-Мансийского округа, которым по Конституции РФ доверено сохранять эти земли для будущих поколений, кажется, сняли с себя эту обязанность.

Ханты-Мансийск-Москва